

Фильм «Нюрнберг» – первый в мировом кинематографе игровой полнометражный фильм о международном военном трибунале, когда перед «судом народа» предстали руководители Третьего Рейха. В основу сценария легла книга Александра Звягинцева «На веки вечные».
«По жанру наш фильм – детективно-шпионский триллер, – отмечает режиссер, дважды лауреат Госпремии РФ Николай Лебедев. – Это приключенческая, захватывающая и зрелищная история. В ней будут погони, перестрелки, предательство, будет любовь и много всего, что составляет основу человеческих отношений. Я надеюсь, у нас получилось рассказать не только о том, что случилось в середине прошлого века на исходе одной из самых страшных катастроф человечества, но и о том, что происходит с нами сейчас. Уверен, что эта история сможет ответить на вопросы, которые встают перед каждым из нас сегодня и встанут завтра, и что она будет по-настоящему волновать и увлекать зрителей, которые придут в кинотеатры».
«Фильм «Нюрнберг» призван стать не только масштабным художественным высказыванием, но и важным шагом на пути восстановления исторической справедливости, напоминанием миру о решающем вкладе советского руководства в подготовку и проведение «Суда народов», – сказал председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин.
Конец 1945 года, немецкий город Нюрнберг становится местом проведения уникального международного военного трибунала, за ходом которого следит весь мир. Страны-победители – СССР, США, Великобритания и Франция должны решить, как поступить с нацистскими преступниками.
«Отечественная дипломатия всегда была верна твердым нравственным принципам и памяти предков, героически отстоявших мир и свободу в годы Великой Отечественной, – отмечает министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. – Трудно переоценить роль трибунала в деле формирования современной международно-правовой архитектуры, обеспечения незыблемости всемирно-исторических итогов Великой Победы. В этом плане первый отечественный полнометражный художественный фильм «Нюрнберг» призван внести значительный вклад в борьбу с фальсификацией истории, продемонстрировать, что преступления против человечности не имеют срока давности».
«Мне уже доводилось снимать исторические фильмы, но «Нюрнберг» – это что-то совершенно особое. И не только потому, что итоги процесса продолжают влиять на нашу жизнь, до некоторой степени определяют наши представления о добре и зле, о можно и нельзя, – говорит Николай Лебедев. – Трибунал подвел черту под Второй мировой войной и задал человечеству новую систему координат, где человеческая жизнь, недопустимость агрессии и нарушений прав человека стали считаться базовыми ценностями. Наш фильм посвящен процессу, который состоялся только после того, как человечество уже заплатило немыслимую, страшную цену. Трагедия Великой войны унесла жизни многих десятков миллионов человек по всему земному шару. Почти 30 млн из них погибли в нашей стране, в том числе мой дед, которому было 40, и мой дядя, которому было всего 19».
Однако, как отмечает режиссер и автор сценария, сам суд не мог стать центром внимания. Сохранилось много исторических хроник, написано немало научных статей, да и сама книга, ставшая основой сценария, скорее является романом-хроникой, где с документальной точностью описываются события Нюрнбергского процесса. Красными линиями через весь фильм проходят темы любви, ценности семьи и собирательный образ бессмертного солдата.
Тема семьи поднимается в фильме с разных сторон. Главный герой, военный переводчик Игорь Волгин, приезжает в Нюрнберг на поиски пропавшего на полях войны брата. Это последний родной и близкий для него человек, частичка безвозвратно утерянной беспечной жизни. Брат Игоря – художник, свою тоску о семье выражает в невероятной красоте фресок, где лица любимых становятся частью икон.
Так или иначе каждый герой и антигерой раскрываются в семейной теме: на заваленном папками столе прокурора стоит фото жены и маленькой дочери, семья Геринга, пришедшая поддержать его в один из последних дней суда, герой, потерявший семью, и вместе с ней утративший всякую надежду.
Важной движущей темой фильма становится любовь к женщине. Немецкий офицер Хельмут глубоко привязан и по-своему даже любит таинственную девушку Лену. И когда она на суетливых улицах Нюрнберга встречает Волгина, зритель становится свидетелем трагедии искаженного любовного треугольника. Неторопливо зарождающееся чистое чувство Лены и Игоря пугает их обоих, а недоверие и боязнь быть раненым сделает их путь друг к другу долгим и сложным.
И, конечно, лейтмотивом всего фильма стала фигура бессмертного солдата – собирательный образ стойкого, несокрушимого, готового сразиться в неравном бою и отстоять свою Родину русского солдата, одного из тех сотен тысяч, кто положил свою жизнь на полях войны. И хотя битва переместилась в зал суда, – суть героя осталась неизменной.
«Картина многожанровая, – говорит актер Евгений Миронов. – Есть в ней приключения, экшен, мелодрама, политический триллер, что, мне кажется, правильно, поскольку зритель приходит разный, и каждый найдет что-то свое».
АКТЕРСКИЙ СОСТАВ
В картине представлено яркое международное созвездие актеров из России, США, Великобритании, Германии, Чехии, Франции, Бельгии, Австрии, Дании и других стран. Главные роли исполнили Евгений Миронов, Сергей Безруков, Любовь Аксёнова, Сергей Кемпо, Вольфганг Черни, Алексей Бардуков, Игорь Петренко.
Одним из первых на проект режиссер Николай Лебедев утвердил Евгения Миронова. Готовясь к роли, он пересматривал хронику, изучал архивы.
Евгений Миронов: «Я снимался у Николая Лебедева в его дебютном фильме «Змеиный источник» больше 25 лет назад. И мне было приятно снова с ним поработать. Он сразу предложил мне роль Мигачева, а я не раздумывая согласился, потому что мне интересны как сам Нюрнбергский процесс, так и его исторический контекст. Готовясь к съемкам, я почитал литературу, посмотрел несколько документальных фильмов, внимательно вглядываясь в лица участников нашей делегации – мужественных, усталых, с жесткими глазами, рано поседевших. Было очевидно, насколько для них важна и ответственна эта работа. Ведь предложение провести международный трибунал исходило от Советского Союза.
Казалось бы, зачем нужен этот процесс, все и так ясно – есть победители и побежденные. Но Международный военный трибунал был важен не только из-за огромного количества жертв войны, но и во имя будущего – чтобы потом стране не пришлось доказывать, что это на нас напали, а не мы. Мой герой – полковник Мигачев, руководитель советской делегации – объясняет это главному герою, молодому переводчику Игорю Волгину».
Роль переводчика Игоря Волгина досталась актеру Сергею Кемпо, который основательно подошел к подготовке к роли.
«Мой Волгин – переводчик в составе советской делегации, участвующей в процессе. Но в Нюрнберг его привели не только эти события – он ищет своего брата, единственного близкого человека, оставшегося в живых. Перед съемками мы с Лебедевым очень много разговаривали о моей роли. Нам обоим не хотелось, чтобы Волгин предстал каким-то клишированным героем героичем, которого ни одна пуля не берет, псевдопатриотом, которых так любят показывать в американских фильмах. Такие только выглядят настоящими. Вот взять наших актеров, которые были на фронте – Смоктуновского, Этуша, Папанова, Никулина – по ним ведь никогда не скажешь, что они прошли через ужасы войны и судьбы их искалечены. Напротив, те, кто был в этих обстоятельствах, не любят лишних воспоминаний. В моей семье об этом тоже почти не говорили. Только однажды бабушка упомянула про сестру, которая горела в бараке, подожженном фашистами. Поэтому с Николаем Игоревичем мы сразу решили: у Волгина должна быть драма внутри. Даже улыбка у него появляется только в конце – как вновь обретенное желание жить».
Роль главного обвинителя на процессе от СССР Романа Руденко исполнил Сергей Безруков, который тоже для подготовки к роли смотрел хронику, и его поразило «спокойствие преступников, их невозмутимость». Он также отметил, что внешне совсем не похож на своего героя. Поэтому даже имитировать манеру речи советского прокурора – высокий тембр, темп, легкий украинский акцент – артист не стал. «Моя задача – создать образ человека, от которого исходит мощь и уверенность, передать характер», – объясняет он.
Для подготовки к роли Лены Любовь Аксенова придерживалась безуглеводной диеты и существовала в режиме «сохранения энергии». Ей было важно добиться достоверности существования героини в послевоенное время.
«Половину фильма мы не понимаем, на чьей стороне моя героиня Лена. Она случайно попала в Нюрнберг, ей пришлось найти себя в окружении врагов и шпионов. Ей пришлось раствориться в определенных обстоятельствах, но при этом она мужественная, смелая и волевая.
На первый взгляд кажется, что история Лены и Волгина стоит особняком от всей истории про процесс. Но это не совсем так. В этот исторический период, как мне кажется, людям было не так просто выстраивать отношения. Я догадываюсь, потому что я смотрела документальные фильмы. И как говорил в институте один из моих преподавателей, во время войны люди подходят друг к другу либо поцеловать, либо убить. И я постоянно вспоминала эту фразу при работе над фильмом. Для меня было важно очень правильно пройти сближение Волгина и Лены».
Алексей Бардуков, исполнивший роль переводчика Зайцева, еще до пандемии успел побывать в Нюрнберге и сходить в зал-музей, где ему уже тогда пришло желание сыграть в фильме, посвященном военному трибуналу. Поэтому, когда к нему в руки попал сценарий фильма Николая Лебедева, он воспринял это как «знак судьбы». «Зайцев – узконаправленный специалист, переводчик только с немецкого языка. Как я понимаю, он штабной человек, который неожиданно проявляет себя. Мой герой – очень неоднозначный собирательный образ людей, которые во время войны и после нее остались с обидой на советскую власть. У него есть своя правда, у него есть жизненная трагедия, которую он пытается своими поступками восполнить».
Австрийский актер Вольфганг Черни хорошо известен российскому зрителю. В фильме «Нюрнберг» он играет роль немецкого офицера Хельмута, болезненно привязанного к русской девушке Лене.
«Мой герой – бывший солдат, человек очень умный, эффективный, раздираемый изнутри большими, сильными эмоциями. Он не про фашизм и завоевания, он глубоко любит свою Родину и после войны видит, что все сломалось. Международный процесс, где другие страны будут решать судьбу Германии, заставляет его переживать еще больше. Внутри Хельмута постоянно борется черное и белое, поэтому он совершает все поступки из огромной любви и желания сделать все возможное ради нее. Мне было очень интересно сыграть такого противоречивого, раздираемого внутренними эмоциями человека, и Николай Лебедев, режиссер-перфекционист, мне очень помог».
СЪЕМКИ
География съемок фильма тоже поражает своим охватом: Прага, Москва, Калининград, Московская и Калужская области. Съемочный процесс занял 70 смен, было построено множество декораций, в некоторых сценах в кадре одновременно находилось более 700 человек, при съемках использовано более 1200 исторических костюмов, часть из которых была специально сшита, а часть привезена из Чехии, Польши и Германии. Но самая масштабная и впечатляющая декорация была отстроена на «Мосфильме».
Николай Лебедев: «Натуру мы по большей части снимали в Чехии. Страна граничит с Германией, архитектура схожая. Старинные европейские улочки, мосты, храмы, руины. А вот сам «Зал 600» – впечатляющий, в натуральную величину – был выстроен на «Мосфильме» художницей Юлией Чарандаевой именно таким, каким он выглядел осенью 1945 года. К сожалению, из-за пандемических запретов мы не смогли снять реальный Дворец правосудия в Нюрнберге, где проходил суд над нацистскими преступниками. Германия на тот момент была закрыта. Поэтому мы обратили свой взор на Калининград, где сохранилась немецкая архитектура. Уличные сцены вокруг Дворца правосудия снимались именно там».
«Мы тщательно и скрупулезно работали над каждой деталью этой декорации. Историческая достоверность была важна, чтобы в зале возникла та атмосфера, то эмоциональное состояние всех участников процесса, которые и создают художественную правду на экране», – говорит художник-постановщик картины Юлия Чарандаева.
Частью реквизита стали копии вещественных доказательств, предъявленные советским обвинением на суде, а именно изделия из человеческой кожи – сумки, перчатки, абажуры. За эту часть реквизита отвечал один из самых известных в России художников пластических спецэффектов Петр Горшенин.
«Я с детства помню экспозицию в историческом музее на Красной площади, посвященную концлагерям, – рассказывает Горшенин. – Там я увидел перчатки и абажуры из человеческой кожи. На всю свою жизнь у меня в памяти сохранилась эта картинка, я был в Хатыни, в Саласпилсе, затем в Дахау, и нет ни в одном языке мира слов, чтобы описать всю бесчеловечность нелюдей, которые творили это абсолютное зло! Когда я изготавливал эти исторические объекты (артефакты), мне пришлось непросто – нужно было повторить визуально похожие на человеческую кожу объекты: сумки, абажуры, перчатки и отрезанную и высушенную голову молодой еврейской женщины. Я пропустил все это через себя, представлял, как это было все на самом деле, моя человеческая природа восставала, но художник обязан был воплотить объекты в кадр для очень важной миссии – чтобы люди усвоили главное, чтобы никогда не повторились эти чудовищные по своей сути преступления».
МУЗЫКАЛЬНОЕ ОФОРМЛЕНИЕ
Создателям и зрителям фильма «Нюрнберг» невероятно повезло – музыку к фильму написал великий композитор Эдуард Артемьев. Эта работа стала для него последней.
«Я не первый раз встречаюсь с Артемьевым в работе и хорошо помню первый раз, – говорит режиссер Николай Лебедев. – Я так волновался, и мне казалось, что Артемьев не хотел писать музыку к «Легенде номер 17». При этом он посмотрел картину, и было видно, что она ему понравилась. Когда просмотр закончился, композитор был в странном состоянии и внешне казался довольно мрачным и сильно озадаченным. Много позже я узнал, что мрачность и озадаченность были продиктованы вовсе не тем, что Артемьеву не хотелось браться за эту работу, а тем, что он увидел, как много потребуется сложной музыки, иллюстративной музыки, сопровождающей экшен. Но он великолепно справился со всеми вызовами, а главное – написал восхитительную основную музыкальную тему фильма».
Николай Лебедев хотел, чтобы и к фильму «Экипаж» музыку тоже писал Эдуард Артемьев, но он не смог и посоветовал своего ученика – Артема Васильева. И во время подготовки к фильму «Мастер и Маргарита» Лебедев обращался к Артемьеву – композитору очень понравился сценарий, он согласился, однако же проект так и не состоялся. Режиссер был уверен, что для «Нюрнберга» тоже требуется только музыка Артемьева – с его точным, трепетным и редкостным ощущением самых разных эмоций.
«Я волновался, когда показывал Эдуарду Николаевичу картину, – вспоминает Николай Лебедев. – Он сидел в зале по правую руку от меня, смотрел на экран, а я все время косил на него взглядом. И не понимал: нравится ли ему картина или нет. Но когда зажегся свет, он поздравил меня и продюсеров от всей души. Его захватила история, захватил материал, даже несмотря на то, что это была черновая сборка. Было видно, что его увлекло именно кинематографическое решение этой истории».
Как отмечает Лебедев, именно на этом проекте ему удалось подружиться с маэстро и перестать робеть перед ним.
«Эдуард Николаевич раскрылся для меня с совершенно неожиданной стороны, – говорит Николай Лебедев. – Он – большой ребенок, распахнутый, мудрый, светлый, тонко и глубоко чувствующий, волновался как первоклассник за каждый музыкальный номер, что отправлял мне. Работать с ним было сплошным наслаждением. Он высочайшего уровня профессионал, всегда тщательно готовящийся к работе, обдумывающий каждую ноту. Что меня еще восхищало – его удивительнейшее чувство юмора».
Музыка к фильму «Нюрнберг» была загадкой для режиссера, поэтому никаких особых задач перед композитором не ставилось.
«Бывало, я говорил Эдуарду Николаевичу, что не знаю, какой музыкальный подход найти к сцене. И он всегда приносил удивительное решение, часто контрапунктивное и очень точно развивающее режиссерское видение, – отмечает Лебедев. – Я очень ценил, что он всегда внимательно прислушивался к каждому пожеланию. Это так неожиданно от мастера такого масштаба. Он никогда не думал, что музыка – это главное в кино. Он понимал, что музыка – важнейшая часть фильма, и она по-настоящему хорошо работает, когда точно связана со всеми остальными компонентами кинопроизведения».
Через несколько недель после окончания работы над «Нюрнбергом» Эдуарда Николаевича Артемьева не стало. Это огромная потеря для всех любителей музыки.
«Мы прожили вместе огромную жизнь, огромный эмоциональный пласт жизни, – говорит Николай Лебедев. – И музыка Артемьева – душа двух моих фильмов. Она так тонко вибрирует в согласии с историей, так точно отражает смыслы картины и эмоции, что без нее теперь мне не представить ни «Легенду номер 17», ни «Нюрнберг».
ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ